Что сказала Ева?

Тора – она, конечно, наше все. Поскольку мы – народ книги. И вообще согласно библейским комментариям, Господь смотрел в Тору (в которой, к тому моменту, уже, вероятно, была проставлена последняя точка и запятая), и творил мир, руководствуясь написанным как генеральным чертежом и утвержденным планом пятилетки…

Тора у нас пронизывает все. Она в названиях улиц и заголовках газет, за окном и в тарелке. А уж образование… Можно сказать, библейские сюжеты призваны стать канвой для строительства жизненных сценариев, библейские постулаты превращаются в универсальное мерило добра и зла, библейские персонажи — в добрых знакомых, родственников, членов семьи.

Приключения Адама в школе и дома

Религией детей в средней (не религиозной!) израильской школе прослаивают, проклеивают и пропитывают. Религии здесь больше чем дедушки Ленина, Александра Пушкина и Юрия Гагарина вместе взятых на одной тысяче печатных знаков в пространстве школы советской.

— Мама, а ты сможешь показать Ган Эден?, — спрашивает меня моя пятилетняя дочь.

— Райский сад. Ган Эден – райский сад, — машинально поправляю я.

Дочка, поймав мой ошеломленный взгляд, продолжает:

— Ведь ты же это… ис-курсовед… гидо-вод…. А! Гидовик по Израилю!

Когда же дети подросли, преподаватели стали активно применять так называемый, метод активного погружения в текст. Чем-то это напоминает репетиции по системе Станиславского.

— Адам проснулся и видит, вот рядом Ева, — нараспев и с выражением читает дочка параграф задания,- ответьте на вопросы:

  1. Что подумал Адам?
  2. Что он почувствовал?
  3. Что он сказал Еве?

Мы с мужем смотрим друг на друга и согласно начинаем давиться хохотом. Библейская история сотворения человека в ее простоватой, мягко скажем, школьной интерпретации, до боли напоминает бородатый анекдот. «Подумал: е-мое, сколько ж я вчера выпил!» — шепчет мне на ухо муж. Дочка топает ногой. К урокам она относится серьезно. К романтическим коллизиям тем паче. По этой причине были отвергнуты варианты: «Здравствуй», «Что ты здесь делаешь?», «Может быть, выпьем вместе кофе?» После долгих творческих мук требовательное дитя останавливается на пафосном: «Кто ты, о прекрасная незнакомка?». На уроке ее версия имела громкий успех.

Далее авторами учебника было предложено составить речь Ноя, побуждающего жителей его родного города присоединиться к строительству Ковчега, вести путевой дневник от имени Авраама, странствующего по земле Ханаан, и воспроизвести первую встречу Лота жителями Содома, который пришел к ним поселиться, как он думал, навеки.

Все чудесатее и чудесатее, а мы еще и половины книги Бытия не осилили. Самой драматичной пока была тема Каина и Авеля. Если целью было – заставить семилетних малышей содрогнуться, то цель была достигнута. В завершении анализа ученикам было предложено вспомнить самые прискорбные свои поступки, как намеренные, так и случайные, из разряда: «Я не знал, оно само!»

Самым увлекательным был конкурс по строительству Ноева Ковчега. Эти, порой, весьма весомые плоды детского (а главное, родительского) коллективного творчества у меня язык не поворачивается назвать «поделками» — ведь некоторые из них покоятся не менее чем на метровом основании. И достигают полуметра высотой…

В ход идут папье-маше, пластилин, пластик, деревянные палочки, рейки и ящики, плетеные корзинки, картонные фигурки зверей…

— Мама, а ты делаешь экскурсии, где высадился Ной? Ведь ты же … ну это … гид по Израилю?

Да, за прошедшие годы дочка научилась выговаривать мамину специальность без сучка и запинки.

— Это довольно далеко, ребенок, — отвечаю я, — говорят, что он в Армении.

Екатерина Хмелева

кнопка вверх