Сброд блатных и шайка нищих

Фото: Вениамин Нимаинев
Фото: Вениамин Нимаинев

Израиль, несмотря на постоянно тлеющую войну с соседями, а, может, и благодаря ей — довольно спокойное место. Дети спокойно гуляют по улицам поздно вечером, с кражами машин почти покончено, терактов… на сегодня уже не больше чем в куда более респектабельных странах.

При этом, в Израиле есть настоящие заповедники криминала, к счастью, уже частично разоренные, куда и местные-то стараются без особой нужды не ходить. Экскурсии туда организовываются редко, и по довольно специфическим запросам, да и самостоятельно изучая страну, Вы имеете не много шансов туда попасть. Эта мрачноватая экзотика во многом стала историей, и поэтому, мои рассказы о ней напоминают описания Хитрова рынка у Гиляровского.

Тахана мерказит – имя нарицательное

Наиболее злачное место во всем Израиле, скажет Вам любой гид, — старая Тахана Мерказит (центральная автостанция) Тель-Авива. Выражение “тахана мерказит” стоит запомнить любому, кто хочет передвигаться по Израилю без экскурсовода, общественным транспортом. На сегодня это место изрядно причёсано и выглядит намного приличнее, чем несколько лет назад. Автобусы прибывают и отправляются с новой автостанции, внушительного здания, облицованного красной плиткой. Строили его почти как средневековые соборы, лет тридцать. Похоже, за это время строители многократно исчезали не только с деньгами, но и с чертежами, поэтому, когда через несколько лет деньги находили, приходилось заказывать новому архитектору новые чертежи, отчего здание приобрело чрезвычайно запутанную внутреннюю структуру, вроде гоблинских пещер в Гундабаде. Подвал, откуда после открытия отправлялись городские автобусы, вообще строился как станция так и не построенного метро.

Сейчас самый мрачно-злачный район расположен на юге от нового здания автостанции. Именно здесь находится открытая площадка, которая служила автобусным причалом все время строительства. После кондиционера в автобусе летом выползавший из транспорта пассажир получал шоковый удар по всем органам чувств. Влажный туман мгновенно пропитывал рубашку, в нос врывались рыночные запахи, а в уши — громкая музыка и вопли торговцев, глазам же приходилось созерцать окрестности. Платформы были окружены рынком, частично существующим и до сих пор, за ближайшими же прилавками с фруктами и майками начинались вывески публичных домов (сорри, официально — “массажных кабинетов”), издалека подмигивающих клиентам цветными гирляндами. А там, где их не было, русские и румынские рабочие пили пиво за столиками многочисленных пабов.

“Массажистки”, во отличие от Амстердама, в окнах не сидели, а курили на завалинке или прогуливались из дома в дом, зачастую в одних купальниках, благо, и климат в ТА не амстердамский. Разумеется, на этих улицах ухо нужно было держать востро — кражи и ограбления прохожих, прилюдные бандитские разборки были постоянным аккомпанементом их незатейливого бытия.

Увы, массажным кабинетам и русскому пабу “Малинка”, а, заодно, и почти всем русским книжным магазинам, которые процветали здесь, возможно, благодаря дешевизне аренды, несколько лет назад пришел конец. Но спокойнее квартал от этого не стал. Район, называемый “Оазис блуждающих”, заселили блуждающие суданцы и эретрейцы, которых, видимо, испугались даже обычные клиенты домов терпимости.

Теперь эта улица чрезвычайно напоминает рынки в Найроби или Массауа. В пятницу с этим рынком конкурирует филиппинский, расположенный в здании центральной автостанции. Улыбчивые и аккуратные филиппинцы, предлагающие шашлыки из бананов и сладкой свинины, как раз внушают не опасения, а исключительно симпатию.

Штетл – гулять осторожно

Израиль – единственное место на земле, где существуют не просто ультра ортодоксальные еврейские кварталы, но сохранившаяся в них структура еврейского местечка с всевластием местных лидеров и попыткой создать закрытое общество. В Иерусалиме сердце их проживание – районы Меа Шеарим и Геула, также ими населен спутник Тель-Авива Бней Брак, часть кварталов Цфата. Часть ультра ортодоксальных общин не приняло государство Израиль, и, даже проживая на его территории, отказалось от его гражданства. Но даже и те, кто согласился получить израильский паспорт (и все положенные пособия и льготы), относятся к Израилю, как к одному из государств Изгнания. Многолетняя привычка не иметь дела с нееврейской полицией сыграла свою роль и здесь. Все происходящее внутри этих кварталов становится явным за их пределами только в исключительных случаях. К слову, блатное “мусор” изначально означало “доносчик”, “агент полиции” (“мосэр”) на иврите). И это “звание” имеет характер анафемы, может быть официально наложено раввином и иметь силу отлучения.

Как и у любой группы, почти не имеющей заработка, зато имеющей связи, ортодоксальная среда вырастила немало контрабандистов. Важной «отраслью хозяйства» был обмен валюты. До конца 90-х в Израиле валюту продавали официально через банки, по невыгодному курсу и с большой комиссией. Спрос рождает предложение, и по стране действовали многочисленные обменники, с условиями, куда лучше предложенных государством. Наибольшего масштаба этот бизнес достиг именно в ортодоксальных кварталах.
Эти районы настолько своеобразны и экзотичны, что светское население Израиля иногда устраивает туда вылазки, а частные гиды проводят экскурсии, имеющие, впрочем, несколько экстремальный характер. Побывать здесь, действительно, стоит, уж больно эта планета отлична от всего, что Вы видели раньше. Только нужно помнить, что необходима хотя бы минимальная мимикрия, головные уборы у мужчин, прикрытые волосы, длинные закрытые одеяния у женщин. Женский дресс-код исключает любого фасона брюки, открытые локти и ключицы, и рекомендует темные тона. И, конечно же, не стоит приходить туда в субботу, ведь субботний покой для ортодоксальных евреев священен, да и улицы, скорее всего, окажутся перекрытыми.

Дети шатров

Если у Вас запланирована персональная экскурсия на Юг Израиля, в пустыню Негев, Вам стоит внимательнее приглядывать за своей машиной, с осторожностью паркуясь «среди пустыни ровная» или даже на бензоколонках. Знающий гид по Израилю напомнит, что не стоит оставлять на видном месте сумки и ноутбуки. Степи и пустыни Юга Израиля — вотчина кочевников — бедуинов с их очень специфическим жизненным укладом. Большинство бедуинских кланов сегодня лояльно Израилю, служит в армии, причем в боевых частях, но во внутреннюю жизнь этого народа кочевников государство предпочитает не вмешиваться. Так, например, далеко не всех новорожденных бедуинчиков родители находят нужным регистрировать, вписывая младенца в свое удостоверением личности под порядковым номером. И поэтому, один Аллах точно знает, сколько «новеньких» смуглых детишек бегает по разбросанным в пустыне стоянкам и деревням. Кроме разведения овец и верблюдов, выпечки пит и изготовления украшений и упряжи, бедуины промышляют кражами и контрабандой: от сигарет до наркотиков.

При этом бедуины — одна из ярчайших достопримечательностей пустыни Эти люди, жизнь которых на первый взгляд не изменилась за тысячелетия, служат иллюстрацией к Пятикнижию, наглядно показывая многие упомянутые в нем бытовые детали. Иногда частные экскурсии по Израилю предлагают в качестве аттракции посещение бедуинского шатра, где Вас встретят по всем правилам гостеприимства истинных сынов Авраама. Напоят сваренным при Вас кофе и чаем с шалфеем, угостят домашним хлебом с лабане (жидким сыром) и холодной водой, заведут светскую беседу. Впрочем, не стоит обольщаться патриархальным укладом. За бедуинской палаткой наверняка отдыхает джип или мощный трактор, а в родной деревне ждет трехэтажный дом.

Можно, конечно дополнить, что и здесь, катаясь на любезно предоставленном ишаке или верблюде, стоит поглядывать в сторону машины… хотя ваш персональный экскурсовод наверняка предложит Вам проверенного верблюда, проверенного проводника и проверенный шатер.

Михаил Хейфец, краевед

кнопка вверх