Еще раз о еврейской готике

Часто, особенно если прогулка вышла плодотворной, гиды Израиля слышат вопрос: “А что еще можно узнать-почитать об Израиле?” Вопрос закономерный – ведь хорошая индивидуальная экскурсия только разжигает аппетит в узнавании нашей многоликой и парадоксальной страны. Этот материал – одна из таких рекомендаций. Книга, о которой я пишу, может быть как эпилогом к Вашему знакомству с Израилем, так и прологом к нему.

О чем молчит океан, или чего вы НЕ увидите на экскурсии по Иерусалиму

израильОкеан – мир ортодоксального еврейства. Книга – сборник прозы Якова Шехтера «Ведьма на Иордане», выпущенная издательством «Книжники» в 2017 году.

От прозы Якова Шехтера у меня было странное ощущение. Будто бы разрушилась невидимая преграда, раздался звон разбитго стекла, и вот, он пахнул тебе в лицо – хумурый дождливый день, вспухшее тучами небо. Но в небе этом, как под кистью талантливого импрессиониста, ты уже различаешь тысячи оттенков, переливов и переходов цвета и света… Да, это жизнь харедим, ортодоксальных евреев, таких близких, далеких, высокомерных, неприступных, но стекло лопнуло, и читатель допущен в мир, очерченный полями черных шляп. И не так уж он мал, оказывается, этот мир. Не так уж и узок. Вернее, не так. Узок, но и глубок.

Герой Якова Шехтера – интраверт по натуре и воспитанию. Сдержанность привита ему в том возрасте, когда детей учат подносить ложку ко рту. Он ограничен красными буйками приличий, каркасами правил, колодками алахи, но именно эти невидимые стены придают его внутреннему миру дополнительное измерение, глубину. Стенки не позволяют ему разливаться вширь, размениваться на мелочи, плескаться на мелководье, мешая чистую воду с илом и песком вседозволенности. Слишком ценен каждый твой помысел и побуждение, слишком ценен ты сам, чтобы можно было бы это себе позволить.

Здесь все серьезно, все по крупному. Не удовольствие, а наслаждение. Не тусклый поток сознания, а непрерывное предстаяние перед Создавшим тебя.израиль

Человек по Шехтеру – колодец с живой водой. В железном корсете сдержанности, вечной сдержанности, не просто чувства – безграничность чувств. Подземные реки нежности, искорки прозрений, звездочки откровений…

Да, он совсем не черно-бел, этот черно-белый мир.

Им не доступны наши радости и занятия. Но они обладают радостями, недоступными нам.

Автор знает, как сбегает с кончика пера сойфера-писца вечные очертания священных букв, как дрожит в гортани золото слов талмудического трактата, проникая в ученика, перекраивая, прошивая его матрицу отныне и навек. Ему знаком мед учения, то наслаждение удостоенного сидеть на низенькой скамеечке у ног великих учителей и слушать, слушать, как в полутьме, при свете свечи, на реплику одного мудреца через века откликается глуховатый голос другого…

И, конечно, того, о чем пишет Шехтер, Вам не покажет ни один самый гениальный гид по Иерусалиму. Разве что только намеком, случайно, у Стены Плача, или в одной из синагог, в одном из ортодоксальных кварталов нашей столицы, при взгляде на эти тонкие, нервные лица вдруг понимаешь – да, велик океан.

И, конечно, меня продолжает интересовать вопрос: а как автор и его герои относятся к нам? Ко всем, кто за гранью? За границей их мира. Вопрос этот очень сложен…. Но это тема для совсем другого разговора.

Ваш гид по Израилю Екатерина Хмелева

В материале использованы фото авторов Зои Брук и Евгения Савельева

кнопка вверх