Персидская миниатюра. Часть первая.

7ac52bf1afdd088b76c18d678c443dbb--persian-princess-ancient-persianПерсидский шах Хосров второй, последний из династии Сасанидов, и его возлюбленная царица Ширин – это такая же легендарная пара мусульманского востока, как Антоний и Клеопатра западного мира. Их судьба проста: правили, сражались, проиграли, погибли вместе, обнявшись. Одна из тех судеб, что даже врагов заставляет склонить голову перед этим последним мужеством влюбленных. Выбранный ими путь был подобен узкому лезвию клинка, и путеводной звездой на нем сияла верность.

Однако мало кому известно, что сражался шах Хосров здесь, у нас, в византийской провинции Палестина, войдя в историю региона, как недоброй памяти устроитель христианской резни. Что Голанские высоты и Тверия, Ципори, Кейсария, и, конечно же, Иерусалим, стали «этапами его большого пути».

Витязь с тигровым стягом.

Биография Хосрова второго Парвиза в чем-то схожа с жизнеописанием русского деспота Ивана четвертого – сирота с младенчества, пешка в руках амбициозных кланов, битый, унижаемый, чудом выживший, он вырастает личностью, чья самооценка нуждается в постоянных дотациях. Хотя и реальными талантами обделен не был: красавец, остроумец, стихотворец, да и полководец не из последних.  Придворные были уверены –  им крупно везет, когда его комплексы выливались в безобидную гигантоманию. Историкам памятен его стяг, сшитый из тигровых шкур, диной 69 (!) метров, его ковер для приемов, сотканный из парчи, изображающий райский сад, площадью 900 метров, его гарем, где дожидались внимания повелителя 3000 красавиц – шахиншах любил круглые числа.

Все же только одна женщина занимает рядом с ним место на пьедестале истории. Ширин.  Розой Харасана называли современники и потомки. Кем же она была?

В поэтических источниках Ширин – образец нежности и достоинства, сочетающая гибкость стали и твердость алмаза. Она умеет говорить «нет» и мужу, и миру. Благородством и глубиной она во многом превосходит своего вспыльчивого супруга.

Женщина царского, или, во всяком случае, знатного рода. Низами в поэме «Шах Наме» пишет о ней как о племяннице царя Аррада – местности на территории современного Азербайджана. И историки и поэты сходятся, что была она христианкой, а значит, не могла подняться в гаремной иерархии выше рядовой наложницы – христианство было презираемой верой низов. Однако Хосров возвышает ее до супруги и матери наследника.  Существует легенда, как шах, преодолевая негодование приближенных, показывает им драгоценную чашу, полную крови (жидкости, в древнем мире почитавшейся ритуально нечистой). Затем чашу споласкивает раб, и властитель вторично наполняет ее, но теперь уже драгоценным вином, приправленным розовым маслом. «Чаша – это она, а вино – я» – доступно объясняет царь.

Продолжение следует…

Екатерина Хмелева, индивидуальные экскурсии по Израилю

 

кнопка вверх