Поход в Эйн Ход, или медитативная экскурсия по Израилю. Часть вторая

экскурсии по Израилю, Эйн Ход, музей музыкальных инструментовНачало статьи смотрите здесь.

Экскурсия в музейную Атлантиду.

Но подлинной целью нашей экскурсии был не главный официальной музей поселка, а маленький частный музей на окраине. Собрание механических музыкальных инструментов.  Частная коллекция музыкальных шкатулок и шарманок, механических пианино и заводных канареек. Бьющих в литавры обезьянок, органчиков, фонографов, патефонов, танцующих кукол.

Его создатель – Нисим Коен, бывший кинооператор одной из калифорнийских киностудий. Свою коллекцию он собрал ее в Америке. А свой музей назвал «Ниско» – прозвище его голливудской юности.

Таких музейчиков, расположенных как правило, в частных квартирах, будь то коллекция местных вышивок, теннисных ракеток, или старинных велосипедов, в Израиле немало – пока еще немало. А было гораздо больше. Почему-то лет тридцать назад, в Израиле была активна целая популяция людей, образованных и состоятельных, с ярким прошлым, и не менее яркими планами на будущее, обладателями уникальных коллекций, радостью обладания которыми им хотелось поделиться с другими. Пионеры, первопроходцы, создатели страны, послужившие ей в годы становления, понимали, как важно украсить ее сейчас, в годы расцвета. Израиль возник на карте мира – а им важно было гореть маячком на карте Израиля.

Так, например, отправились в музей трактора, отслужившие свое на кибуцных полях. Добровольцы собрали их в ангарах кибуца Айн Веред, в сельскохозяйственном анклаве долины Шарон, недалеко от Натании и Герцлии. И этот музей, так же как и другие, такого рода, существуют исключительно на энтузиазме их создателей.

А как хозяева рады, когда до них все же добираются гиды и туристы, как они встречают гостей  – так вас никогда не встретят официальные музейные работники. И когда впускают в дом, делятся своим личным. Их собрание для них – сокровище. Накопленное за десятилетия, собранное по крупицам. Выстраданное.

Только вот все создатели и владельцы таких музеев – глубокие старики. А сами музеи – глубоко убыточны. И едва ли будут интересны наследникам эти громоздкие и требующие вложений стариковские игрушки.

Муниципалитеты редко поддерживают эти начинания. Зачем? Разве коллекции ретро-автомобилей или оконных рам из разрушенных домов представляют идеологическую ценность?

В свои экскурсии по Израилю я обязательно стараюсь включать эти фрагменты нашей мозаики. Пока еще имею возможность включать.

А что нам останется? Через несколько лет? Наверняка, музей Марселя Янко. За него я спокойна.


Екатерина Хмелева, гид-экскурсовод по Израилю.

кнопка вверх